Биология

Немало есть еще людей, которые полагают, что подводные спуски в обитаемых аппаратах не дают ничего ценного для науки об океане. Чтобы опровергнуть их мнение, приведем некоторые факты.

В 1934 г. У. Биб, погружаясь в своей батисфере на глубину 800 м, прикрепил к ней снаружи омара. Освещаемый прожектором морской рак должен был служить приманкой для обитателей подводного мира, за которыми У. Биб намеревался вести наблюдение через иллюминатор.

Несчастный омар должен был погибнуть под воздействием колоссального давления столба воды высотой в 800 м – его мягкое тело, полагал У. Биб, будет выдавлено из твердого панциря, как зубная паста из тюбика.

Но бравый морской рак вернулся на поверхность не только целым и невредимым, но даже и в великолепной спортивной форме, что доказал сильными ударами своего хвоста! Таким образом выяснилось, что омары, которых добывали на небольших глубинах континентального шельфа, могут спокойно выдерживать весьма значительное гидростатическое давление.

Приведем еще один, не менее убедительный пример – на этот раз из недалекого прошлого.

В 1967 г. небольшой обитаемый аппарат "Алвин" совершал погружение у берегов Флориды. Достигнув дна на глубине 610 м, он потревожил нежившуюся на песчаном грунте меч-рыбу. Не колеблясь ни секунды, обидчивое животное атаковало аппарат. Меч пронзил внешнюю полистироловую оболочку корпуса и застрял в ней, но, к счастью, не повредил проходящий рядом электрический кабель.

Застрявший в корпусе агрессор (длиной 2,45 м!) был поднят "Алвином" на поверхность.

Так стало известно, что меч-рыба может жить гораздо глубже 300-метровой отметки, которая ранее считалась пределом ее обитания, и обладает к тому же весьма скверным характером.

Перейдем, однако, от курьезных случаев к серьезному разговору об использовании подводных обитаемых аппаратов для биологических исследований в глубинах Мирового океана.

С борта обитаемого аппарата с большим успехом, например, можно изучать донные формы морской флоры и фауны.

Конечно, фото– и киноаппаратура, опускаемая с надводного судна, позволяет получить обширную информацию. Но информация эта в значительной мере случайна и отрывочна. А ведь важно вести наблюдение за тем или иным биологическим видом в среде его обитания, во взаимодействии с окружающей его флорой и фауной, на протяжении сравнительно длительного времени и притом не выпуская изучаемый вид из поля зрения исследователя. Вот тут-то и сказываются преимущества подводного обитаемого аппарата: ученый-биолог может сам вести наблюдение через иллюминатор, избирать объекты для изучения, следовать за ними и, таким образом, на месте делать предварительные выводы.

Это чрезвычайно важно – самому вести наблюдение в среде, в которой обитает изучаемый объект! За двадцать пять веков до того, как современная наука на основе достижений оптики и физиологии установила, сколь высока разрешающая способность человеческого глаза, Аристотель писал: "Все люди по природе своей одушевлены страстью к познанию. Удовольствие, которое мы получаем, используя наши органы чувств и прежде всего зрение, является тому доказательством. Действуем ли мы или праздно размышляем, глаз – тот орган чувств, который приносит нам более всего удовлетворения, ибо позволяет постичь суть природы и бесчисленные различия вещей..."

Вот эти преимущества нашего зрения и позволяют ученому, наблюдающему подводный мир из обитаемого аппарата, не только изучать популяции живых организмов в их динамике и статике, но и исследовать их поведение. Надо сказать, что подобный подход к исследованиям издавна свойствен биологии, но до появления подводных обитаемых аппаратов он мог применяться только к животным суши – ведь до тех пор ученые не могли непосредственно наблюдать за поведением морских живых организмов в среде их обитания.